WWW.OS.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Научные публикации
 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 34 |

«Предлагаемая читателю монография является первой книгой серии трудов Института этнологии и антропологии РАН народы и ...»

-- [ Страница 1 ] --

Ответственные редакторы:

В. А. Александров, И. В. Власова, Н. С. Полищук

Рецензенты:

доктор исторических наук М. Н. Губогло,

доктор исторических наук Г. В. Цулая

Серия "Народы и культуры"

О снована в 1992 году

Редакторы серии:

доктор исторических наук Ю. Б. Симченко,

доктор исторических наук В. А. Тишков

Москва

"Наука"

Предлагаемая читателю монография является первой книгой серии трудов Института этнологии и антропологии РАН "народы и культуры". В первой ее части дан материал по историческому развитию русского народа - с X в. и до наших дней, по формированию историко-культурных ареалов. Вторая часть содержит сведения о семейном и общественном быте, религиозных верованиях, народной этике.

В книге использован уникальный материал экспедиционных обследований и архивных изысканий.

Для широкого круга читателей - историков, филологов, философов, преподавателей и студентов вузов.

ОГЛАВЛЕНИЕ

О серии "Народы и культуры" (В.А. Тишков)

ВВЕДЕНИЕ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Глава первая ОБРАЗОВАНИЕ РУССКОЙ ИСТОРИК О-ЭТНИЧЕСКОЙ

ТЕРРИТОРИИ И ГОСУДАРСТВЕННОСТИ



Начало русской истории (X-XIV века) В.А. Александров,В.А. Тишков) Народные миграции и образование Российского государства (конец XIV середина XVI века) В.А. Александров,В.А. Тишков) Освоение евразийского континента и расширение многонационального Российского государства (середина XVI-XVIII век) В.А. Александров Расселение и численность русских в эпоху Российской империи (конец XVIII

- начало XX века) (И.В. Власова) Отражение народных миграций в топонимии Н.В. Подольская Глава вторая АНТРОПОЛОГИЧЕСКИЙ ОБЛИК РУССКОГО НАРОДА Немного истории (Т.Н. Алексеева) Обобщенный антропологический тип русских Восточной Европы (Т.И.

Алексеева) Региональные антропологические типы русских (Т.И. Алексеева) Место русских на антропологической карте Восточной Европы (Т.И.

Алексеева) К происхождению антропологического облика русских (Т.И. Алексеева) Русские Сибири (Г.М. Давыдова) Глава третья РУССКИЕ ДИАЛЕКТЫ (ЛЛ. Касаткин) Диалектный язык Лингвистическая география Историческая диалектология Русские диалекты в свете языковой политики Глава четвертая ЭТНОГРАФИЧЕСКИЕ ГРУППЫ РУССКОГО НАРОДА Историко-культурные зоны России (И.В. Власова) Группы русских северной зоны (И.В. Власова) Группы русских южной зоны и Центра (И.В. Власова) Русские в Сибири и на Дальнем Востоке (И.В. Власова) Группы русских в Средней Азии и Казахстане (И.В. Власова) Казачество (И.А. Аверин) Глава пятая ЭТНОДЕМОГРАФИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ С 1917 ПО 1990-е ГОДЫ (И.В. Власова) Демографические процессы в 1917-1920-е годы Размещение и численность русских в 1930-1940-е годы Движение населения в 1950-1990-е годы Глава шестая РУССКИЕ ЗА РУБЕЖОМ (H.JI. Пушкарева) Состав и размещение русских за рубежом в дореволюционное время Русские эмигранты после 1917 года Глава седьмая ХОЗЯЙСТВЕННОЕ ОСВОЕНИЕ ТЕРРИТОРИЙ Традиционная земледельческая и промысловая культура (И.В. Власова) Аграрный календарь (В.В. Руднев) Религиозно-этические взгляды крестьян на землю и труд (СВ. Кузнецов) Освоение земель и крестьянское землепользование В.А. Александров Сельское хозяйство после 1917 года (И.В. Власова) Глава восьмая РУССКИЕ ПОСЕЛЕНИЯ Сельские поселения в XIII—XVII веках (Л.И. Чижикова) Сельские поселения в XVIII - начале XX века (Л.Н. Чижикова) Изменения сельских поселений в 1920-1980-е годы (Л.Н. Чижикова) Городские поселения XIX-XX веков (О.Р. Будина) Глава девятая ЖИЛАЯ, ХОЗЯЙСТВЕННАЯ И ОБЩЕСТВЕННАЯ

ЗАСТРОЙКА

Сельская жилая и хозяйственная застройка в XIII—XVII веках (Л.Н.

Чижикова) Сельские жилища в XVIII - начале XX века (Л.Н. Чижикова) Изменения в сельском жилом комплексе в 1920-1980-е годы (Л.Н. Чижикова) Городское жилище XIX -XX веков (О.Р. Будина) Глава десятая РУССКАЯ ОДЕЖДА (М.Н. Шмелева) Комплекс одежды и украшений в XIII-XV веках. Его социальные и территориальные различия Региональные и областные комплексы одежды в XVI-XVII веках Социальная дифференциация одежды в XVIII-XIX веках Унификация типов одежды в XX веке Глава одиннадцатая ПИЩА И УТВАРЬ Пища (ХП-ХХ века) (ВА.Липинская) Утварь (ХП-ХХ века) (ТА. Воронина)

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Глава двенадцатая СЕМЬЯ И СЕМЕЙНЫЙ БЫТ Брак и семья у русских (XII - начало XX века) (И.В. Власова) Семейно-имущественные отношения до начала XX века В.А. Александров Семейно-брачные отношения в 1917-1990-х годах (И.В. Власова- Сельская семья; М.Н. Шмелева Городская семья) Женщина в русской семье (Х-ХХ века) (HJI. Пушкарева) Глава тринадцатая СЕМЕЙНЫЕ ОБРЯДЫ Свадебный обряд (Т.С. Макашина) Обряды и обычаи, связанные с рождением детей. Первый год жизни (ТЛ.Листова) Похоронно-поминальные обычаи и обряды (И.А. Кремлева) Глава четырнадцатая ОБЩЕСТВЕННЫЙ БЫТ Крестьянская (сельская) община В.А. Александров Общественный быт X - первой половины XIX века (М.Г. Рабинович) Общественный быт середины XIX - начала XX века (М.Н. Шмелева) Глава пятнадцатая ПРАЗДНИКИ Развитие русских праздников (Н.С. Полищук) Местные праздники (Н.С. Полищук) Календарные праздники и обряды (JIA. Тульцева) Глава шестнадцатая ДУХОВНАЯ КУЛЬТУРА Национальное сознание и народная память (А.В. Буганов) Традиционный нравственный идеал и вера (М.М. Громыко) Народная религиозная концепция зарождения и начала жизни (Т.А. Листова) Старообрядчество (И.А. Кремлева) Русские секты (С.А. Иникова) Народные верования (СИ. Дмитриева) Глава семнадцатая ТРАДИЦИОННАЯ НАРОДНО-МЕДИЦИНСКАЯ ПРАКТИКА (СИ. Дмитриева) Глава восемнадцатая НАРОДНОЕ ИСКУССТВО И НАРОДНЫЕ ХУДОЖЕСТВЕННЫЕ ПРОМЫСЛЫ (СБ. Рождественская) Список сокращений Литература

О СЕРИИ "НАРОДЫ И КУЛЬТУРЫ"





Человечество становится все более единым и взаимосвязанным сообществом, но его культурное многообразие при этом сохраняется и даже возрастает. Основу такого многообразия составляют этнические общности (народы), которые складываются в процессе исторической эволюции, адаптации к окружающей среде, хозяйственной и духовной деятельности человека.

Чрезвычайное разнообразие среды обитания, используемых ресурсов, систем жизнеобеспечения и других культурноисторических факторов обусловили появление человеческих сообществ, которые различаются физическим обликом, языком и образом жизни. Таких культурно отличительных сообществ на Земле существует несколько тысяч, в том числе на территории России проживают представители более 100 народов.

С возникновением современных государств и распространением образования представления об общем происхождении и исторической судьбе народа, о его особом отличительном облике складывается на уровне массового самосознания, или этнической идентичности. Существующие культурная однородность и принадлежность к локальной группе или общине сменяются либо дополняются чувством общности и солидарности более высокого порядка, т.е. представлениями о народе и принадлежности к нему.

В этом процессе огромна роль политики и идеологии, особенно государственных институтов и интеллектуальных слоев общества.

Именно ученые и другие элитные элементы внутри и вне этнических общностей (историки, писатели, путешественники, миссионеры, администраторы и т.п.) выявляют и формулируют иногда мало-осознаваемые культурные сходства и различия и транслируют их на массовый уровень. В свою очередь политики и государственные институты обеспечивают либо консолидацию членов культурно-однородных сообществ, либо наоборот, их притеснение и подавление. При всей подвижности и условности этнических границ и при высокой степени культурных взаимовлияний и взаимодействий в современном мире представления о народах и их своеобразие остаются мощной политической и эмоциональной реальностью. Знание этих культурных реалий необходимо для любого общества, особенно для России - одного из наиболее крупных государств с многоэтничным составом населения, со своей уникальной историей и сложными современными проблемами.

Почти полвека назад в Институте этнографии АН СССР началась работа над фундаментальным трудом "Народы мира", в котором описана и систематизирована мировая этническая картина на тот момент состояния научного знания (издание осуществлено в 18 томах в 1954—1966 гг.). С тех пор многое изменилось, особенно во взглядах ученых и представлениях народов о самих себе и об окружающем мире. В преддверии III тысячелетия Институт этнологии и антропологии Российской Академии наук начинает издание новой серии "Народы и культуры", посвященной описанию этнических общностей, представители которых описанию этнических общностей, представители которых сформировались и проживают главным образом в регионе бывшего Советского Союза и прежде всего на территории Российской Федерации. Это исследование выполняется на основе новейших знаний силами большого коллектива ученых, представляющих многие научные центры России и других новых независимых государств.

В серии отдельными томами представлены наиболее многочисленные народы, как, например, три восточнославянских (белорусы, русские, украинцы), народы Центральной Азии, Кавказа, Прибалтики, тюркские и финно-угорские народы Поволжья. Специальные тома будут посвящены народам Северного Кавказа, Сибири и Дальнего Востока, Европейского Севера, так называемым диаспорным народам, представители которых расселены в России и за ее пределами. При наличии ресурсов, необходимых полевых исследований серия сможет включить тома и о других народах мира, изучением которых занимаются российские ученые (китайцы, монголы, японцы и др.).

Научные знания о каждом народе представлены в серии в систематизированном виде. Это, прежде всего, этногенез и этническая история, демографический облик, система хозяйствования и материальная культура, социальная организация и политические институты, духовная культура. Этнографические сведения дополняются фотографиями, картами и рисунками.

Каждый том содержит подробную библиографию. Это издание рассчитано как на специалистов, так и на широкого читателя, которого интересует культурная история мира и в первую очередь история народов России.

ВВЕДЕНИЕ

I- ревнерусский летописец начинал свою "Повесть временных лет" словами: "...откуда есть пошла Русская земля, кто в Киеве нача 1 первее княжити и откуда Русская земля стала есть". С тех пор на протяжении столетий к этим вопросам обращались неоднократно. Русская профессиональная историческая мысль за последние 250 лет накопила, проанализировала и систематизировала огромный материал по истории государства.

Этнографы уже полтора века собирают самые разнообразные данные о жизни народа, все то, что отражает его материальную и духовную повседневность. И тем не менее вопросы, поставленные автором "Повести временных лет", остаются вечными, коль скоро в них связаны два далеко не идентичных понятия - народ, этнос в них связаны два далеко не идентичных понятия - народ, этнос ("откуда есть пошла Русская земля") и государство ("кто в Киеве нача первее княжити"). Действительно, каждый сколько-нибудь образованный читатель знает основные вехи истории государства и некоторые имена государственных деятелей, но значительно меньше людей имеют конкретные представления о многовековой жизни народа, его разных слоев, а еще меньше - о взаимосвязи между понятиями народ и государство.

Русский народ, крупнейший в современном славянском мире, прошел долгий, порой мучительный исторический путь. Русские начали складываться в единое этническое целое на обломках растерзанной полчищами Батыя Древней Руси. Политические события в стране, озаренные пламенем пожарищ в годы внутренних усобиц, иноземных нашествий, бесконечной череды войн, в большинстве случаев зависели от воли и намерений русских князей и самодержцев, ордынских ханов и правителей сопредельных государств. Но материальную основу жизни всего общества составлял труд русского народа, его инициатива и предприимчивость предопределили хозяйственные успехи страны, ее прогресс в сфере культуры. Плоды этой деятельности сплошь и рядом оставались "за кадром" историко-политических событий, хотя именно они представляются ключевыми в понимании процесса возникновения Российского (Русского) централизованного государства, моноэтничного в своей основе, в котором постепенно нарастали полиэтнические элементы.

Русский земледелец, веками осваивавший бескрайнюю Восточно-Европейскую равнину, упрочивал на ней свою земледельческую культуру, вся совокупность которой составляла ту цивилизацию, которая обусловливала устойчивость государства и взаимодействовала с цивилизациями народов, входивших в состав России.

Рассматривая истоки и историю Российского государства, прежде 'всего следует иметь в виду характерную, специфическую для восточнославянских племен, а позднее и русского этноса особенность их судеб -освоение Восточно-Европейской равнины в процессе непрекращавшихся с XII в. миграционных передвижений. Расширение территории обитания имело не только политические последствия - большую протяженность и распахнутость границ складывавшегося феодального государства. В результате освоения разных природно-климатических зон Восточно-Европейской равнины происходили сложнейшие процессы развития самого народа.

По мере заселения Европейского Севера, Приуралья, Среднего Поволжья, южнорусских лесостепных и степных пространств, отдельных районов Северного Кавказа возникали серьезные этнические и историко-культурные явления. Русский земледелец, как правило, довольно быстро становясь численно доминирующим этническим элементом, на все территории своего расселения приносил свою традиционную земледельческую культуру. В результате поселения русских рядом с новыми соседями складывалась своеобразная этническая "сетка" - расселение одного народа "налагалось" на расселение другого. Причем миграционные передвижения в силу хозяйственных, а иногда и политических причин никогда не оставались неизменными. Повседневные хозяйственные и бытовые связи неизбежно в большей или меньшей степени приводили к этническому взаимодействию.

Важно также помнить, что издревле восточнославянская колонизация вовлекала в свое течение местные племенные группы (по преимуществу балтов и финноязычные этносы). Эта особенность так или иначе сохранялась и позднее. В результате в разных регионах русские поселенцы приобретали ранее им не свойственные антропологические черты и у них возникали местные языковые особенности. Новые природные условия диктовали переселенцам необходимость учитывать их в своей хозяйственной деятельности. Так появилось в отдельных районах и регионах своеобразие в способах ведения хозяйства и в элементах материальной культуры, обеспечивавшей процесс производства. Наконец, взаимосвязь между соседствующими народами накладывала свой отпечаток на их духовную культуру, прежде всего на народные верования и знания, фольклор, обычаи и обряды.

В ходе расселения русского народа образовывались его отдельные историко-культурные группы, в каждой из которых при сохранении общих черт материальной и духовной культуры прослеживались свои особенности этнического и культурного свойства.

Исследователи, принимавшие участие в подготовке данного труда, стремились раскрыть процесс многовекового развития русского народа, в том числе и его этнографических групп, а также его традиционной культуры с ее общими и региональными чертами. Такой подход к истории народа определил структуру издания, состоящего из двух частей. В первой из них освещаются динамика расселения русских с XII в. по настоящее время, их демографическое состояние на различных этапах истории, антропологические и лингвистические особенности населения разных регионов, его хозяйственная деятельность, домостроительство, производство одежды и такая важнейшая часть жизнеобеспечения, как народная кухня с наиболее характерными чертами ее кулинарии и система народного питания в целом. Не меньшее внимание уделено в первой части сельским и городским поселениям, типичному их расположению и демографической структуре, планировке, хозяйственному значению, т.е. всему тому, что отражало как своеобразие значению, т.е. всему тому, что отражало как своеобразие поселений, так и последовательное социально-экономическое развитие их отдельных типов. Одежда - важнейший элемент народной материальной культуры - рассматривается в книге двупланово: как своеобразные комплексы, свойственные отдельным историко-культурным группам народа и вместе с тем сохраняющие общерусские черты, и как комплексы, присущие разным социальным слоям населения.

Вторая часть книги посвящена широкому кругу вопросов, касающихся различных аспектов изучения семьи, семейного и общественного быта, духовной культуры, народных знаний и декоративно-прикладного искусства. В отличие от предшествующих обобщающих трудов по этнографии русских в настоящем издании значительное внимание уделено таким новым для российских исследователей сюжетам, как национальное сознание и народная память, традиционный нравственный идеал и вера, народная религиозная концепция зарождения и начала жизни, женщина в русской семье X—XX вв., гражданские праздники послепетровской России и др.

К сожалению, этнография русских изобилует белыми пятнами, что делает невозможным создание на данном этапе "всесословного" свода, хотя там, где позволяли источники, авторы стремились к этому. До сих пор у нас нет специальных исследований по этнографии купечества, дворянства, духовенства, чиновничества, ремесленников. По давней традиции, сложившейся в российской науке, этнографы во все времена основное внимание уделяли крестьянству. Лишь с середины XX в. круг исследуемых групп русских стал постепенно расширяться за счет изучения рабочих и городского населения в целом. Поэтому пока что не представляется возможным с необходимой полнотой осветить семейный и общественный быт всех сословий русских.

Десятилетиями нельзя было объективно рассматривать роль православия, его ценностей и значения в духовном и моральном воспитании народа. В результате неразработанности истории социально-производственных, сословных, общественных объединений и институтов невозможно понять всю сложность общественной жизни народа, особенно во второй половине XIX начале XX в.

При всех имеющихся трудностях авторы настоящего издания стремились возможно полнее и разностороннее охарактеризовать жизнь народа во всем ее многообразии, учитывая всю разноплановость стоящих перед ними задач.

Первоначально проспект книги был разработан В.А.

Александровым.

Ответственные редакторы главы I—XII - В.А. Александров, И.В. Власова; главы ХШ-XVIII - Н.С. Полищук.

Книга подготовлена авторским коллективом сотрудников Отдела этнологии русского народа ИЭА РАН с привлечением в качестве авторов отдельных глав антропологов и лингвистов.

Имена авторов указаны в Оглавлении.

В книге использован иллюстративный материал преимущественно из архива Отдела этнологии русского народа и личных архивов авторов. Рисунки выполнены Г.В. Шолоховой и С.А. Иниковой, большинство фотографий - С.Н. Ивановым, а часть фотографий к главе XVI (в том числе и цветных) - С.А. Иниковой.

К печати иллюстративный материал подготовили И,В. Власова и Н.С. Полищук. Техническую работу по тому провели А.В.

Фролова, Х.В. Поплавская, А.П. Павленко.

В конце книги помещена Библиография, составленная из работ, упоминаемых в тексте. Она подготовлена И.В. Власовой и Н.С.

Полищук при участии А.В. Фроловой и Х.В. Поплавской.

Ссылки на источники и литературу составлены по следующему принципу. В тексте после приведения использованных данных в скобках указываются фамилия автора и страница его работы, из которой взяты эти данные. У авторов-однофамильцев указаны инициалы. При отсылке к авторам, у которых имеется несколько исследований, ставится год издания работы. Если у какого-либо автора в один год вышло несколько работ, то приводятся начальные слова названия его статьи или книги. По начальным словам даются также названия коллективных монографий, сборников и других подобных изданий.

В тех случаях, когда отсылка подразумевает общее раскрытие какой-либо темы, вопроса, проблемы, указывается лишь фамилия автора сочинения или название коллективной работы.

Ссылки на использованные архивные материалы приведены в тексте. В скобках даны: название архива — аббревиатурой (полностью есть в списке сокращений в конце книги), номера фондов, описей, дел и листов.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ОБРАЗОВАНИЕ РУССКОЙ

ИСТОРИКО-ЭТНИЧЕСКОЙ ТЕРРИТОРИИ

И ГОСУДАРСТВЕННОСТИ

В истории любого народа первостепенное значение имеет его расселение, т.е. историко-этническая территория, на которой он существовал и существует.

Местоположение, географическая среда, ее ресурсы, природные и климатические особенности в огромной степени определяют размещение населения и его основные хозяйственные занятия. Развитие и состояние отраслей народного хозяйства на отдельных этапах истории народа зависят от интенсивности хозяйственного освоения территории и использования ее ресурсов.

В зависимости от географической среды развивается материальная культура народа, а от уровня его общественного состояния культура духовная.

В историко-культурном процессе развития человечества, т.е. в истории цивилизаций, русский народ прошел свой уникальный путь. Образование и развитие русского народа находится в прямой связи с вековым расширением его историко-этнической территории.

НАЧАЛО РУССКОЙ ИСТОРИИ (Х-ХIVвека) История русского народа началась с эпохи Древнерусского государства - Киевской Руси, - занимавшего большую часть Восточно-Европейской равнины. Возникшее в IX в. в результате объединения восточнославянских племен, оно представляло собой раннефеодальное государственное образование с киевским князем во главе и слабым аппаратом местного управления. Территория Древнерусского государства простиралась от Белого моря на севере до Черного моря на юге (Тму-тараканское княжество), от Карпатских гор на западе до Волги на востоке. В процессе упрочения власти киевских властителей по мере укрепления их военной мощи, роста их международного авторитета в состав государства включались угро-финские, балтские и тюркские племена. По некоторым подсчетам, в эпоху расцвета Древней Руси в ее составе было 22 разноязычных народа (История крестьянства... С. 18), находившихся на разных ступенях общественного развития и в зависимости от естественногеографической среды занимавшихся разными видами хозяйства -земледелием, охотой, промыслами, скотоводством. При ведущей отрасли хозяйства-земледелии, которым занимались восточные славяне, в Древнерусском государстве происходил непрекращающийся процесс внутреннего сельскохозяйственного освоения земель, что имело своим следствием сложные этнические процессы.



По мере расселения восточнославянских земледельцев, с одной стороны, происходило "размывание" их племен. С другой стороны, шли ассимиляционные процессы, поглощавшие отдельные племена, прежде всего балтов и финно-угров. В результате этих процессов складывалась древнерусская народность со своими особенностями культуры. Судить об этих особенностях можно только с учетом того разнообразия природно-климатических условий, которыми была богата Восточно-Европейская равнина, и обстоятельств, свойственных феодализирующемуся обществу Древнерусского государства.

Восточно-Европейская равнина, на которой тысячелетиями решались судьбы разных племен и народов с их успехами и трагедиями, по своей территории равнялась половине всей Европы. Эта равнина с небольшими возвышенностями (Среднерусская, Приволжская и др.) и обширными низменностями (Окско-Донская, Мещерская и др.) находилась в зоне средне континентального климата с неустойчивостью погодных явлений.

Территорию равнины прорезывали в широтном направлении разные почвенно-растительные зоны: тундровая, таежная, смешанных лесов, лесостепь, степь и полупустыня - с соответственно меняющимися почвами (тундровые, болотные, дерново-подзолистые, подзолистые, серые и черные лесные, пойменные, черноземные, песчаные) и растительностью. Все это разнообразие природно-климатических постепенно сменяющихся зон определяло особенности ведения даже одних и тех же отраслей хозяйства (земледелия, животноводства и др.) и их продуктивность, а также возможности в развитии промысловых занятий (примитивной металлургии на основе болотных, озерных и дерновых руд), разнообразных лесных промыслов (охоты, выгонки смолы, дегтя, домашних ремесел на основе лесных материалов и т.п.). Именно это разнообразие природных условий имело огромное значение в адаптации поселенцев на новых местах. В процессе вековых переселений "местные особенности и отношения при каждом новом размещении народа сообщали народной жизни особое направление, особый склад и характер" (Ключевский. Ч. 1, 1987. С. 50).

Особое значение в расселении по равнине и освоении новых территорий имела ее гидрография. Ни одна область Европы не имеет таких мощных и разветвленных речных систем, какими обладает Восточно-Европейская равнина. "Служа готовыми первобытными дорогами, речные бассейны своими разносторонними направлениями рассеивали население по своим ветвям" (Ключевский. Ч. 1, 1987. С. 80-81) и в то же время не позволяли ему территориально замыкаться, коль скоро основные бассейны были близки и связывались системами притоков.

Эти природные особенности изначально проявились в процессе создания историко-этнической территории русского народа.

Незатухающие перемещения по Восточно-Европейской равнине стали постоянно действующим фактором в историческом процессе, на протяжении многих веков после распада Древнерусского государства оказывавшим непосредственное влияние на экономическую, политическую, этническую и культурную ситуации. Эта иность этих движений отражалась на судьбах народов и тех государственных образований, которые в исторической последовательности существовали на ВосточноЕвропейской равнине. Поэтому история народов и история государств, органично связанные друг с другом, тем не менее далеко не адекватны друг другу. На разных этапах истории человеческого общества политическое и этническое начала проявлялись по-разному. Не может возникнуть сомнения в том, что на раннем этапе создания историко-этнической территории народа этническое начало превалировало над явлениями политического свойства, а в дальнейшем играло очень существенную роль в становлении и утверждении Российского национального, а затем многонационального государства.

Считается установленным, что уже в IX-X вв. в Волго-Окском междуречье, где позже сформировалось ядро историко-этнической территории русских, финно-угорские племена - весь, мурома, мещера, меря, а также голядь балтского происхождения, проживали чересполосно в отдельных районах с восточнославянским населением. Именно в этот период по разным причинам, но с одной целью -поиском наиболее благоприятных условий для земледельческого хозяйствования -сюда направлялось несколько переселенческих потоков. При этом следует иметь в виду, что при волнообразном характере миграций создание постоянного этнического компонента на той или иной территории происходило постепенно, путем своеобразного перелива части населения с других территорий, на которых оно задерживалось часто на длительный срок, но отнюдь не путем безостановочного движения.

Эта особенность принципиально существенна для понимания процесса хозяйственной адаптации переселенцев в новых местах.

Один переселенческий поток в Волго-Окском междуречье шел из земель новгородских словен через верховья Волги к ее левым притокам - Тверце и Мо-логе, пе правым притокам (Дубна, Нерль Волжская и Нерль Клязьменская) - в бассейн Клязьмы; по Шексне

- на север, в Заволжье до Белого озера. Почти синхронно шла колонизация Верхней Волги и ее правых притоков (Лама и т.д.), а также территорий по верхней половине течения реки Москвы и ее притоков кривичами. Они шли главным образом со смоленских земель, расселяясь и постепенно поглощая местные немногочисленные балтские племена (в том числе летописную голядь). В своем движении кривичи достигли бассейна Клязьмы.

Третья, чуть более поздняя волна славянских переселенцеввятичей двигалась с юга, с верховьев Десны на земли верхней Оки, а затем на север и восток, по течению средней и нижней Оки.

Первые поселения вятичей по Оке и севернее ее, в бассейне нижней половины течения реки Москвы, создавались в два приема. Впервые в XI в. (а, может быть, и несколько ранее), вторично, и притом в более массовом порядке, в XII столетии. Эти движения на северо-восток и север Черни-го во-Северской земли и верхнего Подонья объяснялись в том числе усилившимся напором половецких набегов. Все эти колонизационные потоки, пересекаясь и лишь частично смешиваясь между собой в ту эпоху пересекаясь и лишь частично смешиваясь между собой в ту эпоху в Волго-Окском междуречье, создали там постоянное восточнославянское население (Любавский, 1929. С. 1,4-7;

Тюльпаков. С. 37-45). Разумеется, оно распределялось неравномерно, но, без сомнения, уже в IX-XI вв. образовывались микрорайоны компактного поселения, о чем, в частности, свидетельствуют наиболее древние города - Белоозеро, Ростов, Суздаль, Рязань, Муром (Тихомиров, 1956. С. 16). Инициатива их возникновения могла принадлежать скорее всего славянским поселенцам, так как нет несомненных данных о существовании "нормальных" городов у финно-угров и балтов на этих территориях.

Ни летописные, ни археологические материалы не содержат прямых указаний на вооруженные столкновения славян с балтами и финноуграми в процессе заселения Волго-Окского междуречья.

Поэтому сложилось убеждение в мирном, по преимуществу, характере славянского колонизационного заселения этой территории.

Славяне-земледельцы селились в более сухих, возвышенных местах, а финны, занимавшиеся лесными промыслами и железорудным производством, - в низменных, болотистых {Соловьев СМ. Кн. 1, т. 1-2. С. 110-111). "Русские переселенцы не вторгались в край финнов крупными массами, а, как бы сказать, просачивались тонкими струями, занимая обширные промежутки, какие оставались между разбросанными между болот и лесов финскими поселками. Такой порядок размещения колонистов был бы невозможен при усиленной борьбе их с туземцами" (Ключевский. Ч. 1, 19S7. С. 298).

Процесс ассимиляции местных племен переселенцамиславянами объяснялся не только малочисленностью и разбросанностью на огромной территории финских племен (к тому же сами славяне заселяли земли далеко не компактно и постепенно), но и значительно более высоким уровнем общественного развития и материальной культуры славян.

Проблема этой ассимиляции до сих пор привлекает внимание лингвистов, историков, антропологов. Высказывались мнения о сохранении некоторых племен после нашествия полчищ Батыя в XIII в. и даже в XIV в. (Тюльпаков. С. 51). Но так или иначе ассимилируясь, финно-угры оставили в наследство славянским поселенцам отдельные антропологические черты, огромную топонимическую номенклатуру в названиях рек, озер, селений и местностей, а также черты своих языческих верований.

При всей стихийности переселенческого движения славяне несли с собой не только свою культуру, но и общественные отношения, свойственные феодализи-рующемуся обществу.

Вполне очевидно, что этот колонизационный процесс нельзя рассматривать исключительно как результат княжеской инициативы. Принимая во внимание, что наиболее интенсивно он проходил в XI-ХП вв., когда существование феодализма в Древнерусском государстве было бесспорным, миграции славянского населения следует рассматривать в органической связи с распространением раннефеодальных отношений вширь, включением Волго-Окского междуречья в государственнополитическую структуру Киевской Руси и систему межкняжеских отношений, а местной зарождавшейся знати - в состав ее правящей элиты. Осваиваемое междуречье в конце X - начале XI в.

определенно вошло в политическую структуру Древнерусского государства. Ростов рассматривался как главный город обширной области, на которой возникли города Суздаль, Белоозеро, Ярославль. Реальные границы Владимирского княжества в эпоху его расцвета в конце XII -первой трети XIII в. далеко выходили за естественные контуры Волго-Окского междуречья. Его политический вес был весьма значительным. Еще в XII в. эту территорию изредка обозначали как "Залесскую Русь", подчеркивая ее связи с центром Древней Руси. С конца XI в.

Ростово-Суздальская земля попадает в орбиту влияния княжеской линии Мономаховичей, что было официально подтверждено в 1097 г. на Любечском съезде князей.

XII век уже не оставляет сомнений в значимости СевероВосточной Руси как важнейшей части Древнерусского государства и в существовании там княжеских феодальных центров-княжений, все более и более проявлявших свою политическую мощь.

Показательно, что если во времена расцвета Киева понятия Русь, Русская земля распространялись прежде всего на Киевскую и Черниговскую земли, то с ХШ-XIV вв. она ассоциировалась с Северо-Восточным регионом. Показательно также, что Владимир Мономах и его сын Юрий Долгорукий в борьбе за киевский княжеский стол постоянно опирались на Северо-Восточную Русь, вели там активное градостроительство, укрепляли и защищали ее от опасности угроз и нападений со стороны Волжской Болгарии.

Оборонительные сооружения было возможно создать при определенной плотности местного населения; они защищали основное богатство края - обширное Владимиро-Суздальское ополье, а также ряд аналогичных районов (Юрьевское, Переяславское ополье), основу земледельческого хозяйства.

Возникновение новых городов - важнейшее свидетельство роста торгово-ремесленного населения, характерного для всего Древнерусского государства в XII в. Если в XI в., по известным данным, в нем насчитывалось более 90 городов, то в XII в. их было 224, причем этот рост в дальнейшем продолжался несмотря на татаро-монгольское нашествие в 30-х годах ХШ в.

Вторая половина XII в. явилась переломным этапом в истории Древнерусского государства. Княжение Владимира Мономаха (1113-1125) и пребывание его сына Мстислава (1125-1132) в качестве князя киевского завершали существование единого Древнерусского государства. Далее начался длительный процесс его распада и наступала эпоха феодальных центров, внесшая существенные изменения в политическую, социальную и демографическую ситуации в Восточной Европе.

Княжеские междоусобицы XI-ХШ вв. ослабили Русь, преимущественно затронув южные земли - Киевское, Черниговское, Волынское, Полоцкое княжества - и немного меньше Смоленское, Рязанское, Суздальское княжества и Новгород {Соловьев СМ. Кн. 2, т. 3-^, 1988. С. 36, 37).

Перемещения населения как явление этническидемографическое и политико-экономическое, обособление феодальных центров вели к распаду Древнерусского государства, которое окончательно погибло под страшным ударом Батыя, и региональному обособлению отдельных групп восточных славян, что в свою очередь способствовало в исторической перспективе сложению трех славянских народов русского, белорусского, украинского - с их культурой и особенностями языка, в котором прочно сохранялись диалектные особенности, восходящие к племенному строю и развивающиеся местные говоры в условиях феодального обособления.

Если исторические корни русских уходят в Х1-ХП1 вв., то начальный этап формирования их этноса пришелся на XIV столетие.

Отметим прежде всего перемены государственнополитического порядка. В результате нашествия Батыя и последующего складывания^олотой Орды (сильнейшего государства Восточной Европы во второй половине XIII - середине XIV в.) принципиально изменилась политическая карта всех бывших княжений и земель Древнерусского государства.

В конце XIII в. на долгие столетия разошлись исторические государственные судьбы Юго-Западной и Северо-Восточной Руси.

В границах последней как будто было сохранено Владимирское княжение. Оно, однако, по замыслу ордынских правителей должно было стать орудием политического, финансового и военного контроля над всеми княжествами Северо-Восточной Руси, поскольку получивший от хана ярлык на Владимирский стол князь был ответствен за лояльное выполнение всех обязательств подвластным Орде населением Руси. Существенно, что великокняжеский стол не был наследуемым, а соответственно и непосредственно подчинявшиеся ему территории заметно разрослись, за счет выморочных княжеств. Этот фактор наряду с другими породил длительную, более чем вековую борьбу за другими породил длительную, более чем вековую борьбу за политическое первенство, главным образом между Тверским и Московским княжениями. В орбиту Владимирского княжеского стола юридически не входили Рязанское, Чернигово-Северское, и Смоленское княжения. Новгород, а с середины XIV в. и обособившийся от него Псков подчинялись власти князя Владимирского (т.е. тому из князей Северо-Восточной Руси, кто имел ханский ярлык на этот стол), но лишь в очень ограниченной сфере политических и финансовых вопросов. Государственнополитическая автономность этих феодальных республик почти достигла своего апогея к исходу XIVb. Существенные перемены наступили и в социально-экономической области.

Новые явления хозяйственного и политического характера обусловливались изменением демографической ситуации и территориальной основы жизни народа. После разорения Батыем центральных, наиболее заселенных земель с их центрами Владимиром, Суздалем, Ростовом, Переяславлем и Юрьевом — и последовавших во второй половине XIII в. карательных вторжений туда же ордынских войск русское население начало переселяться с востока и из центра Северо-Восточной Руси, из ополий, на более лесистый и безопасный запад, в бассейн р. Москвы и к верхнему течению Волги (Любавский, 1909. С. 67—72). Именно этот демографический фактор способствовал усилению Москвы и Твери как феодальных центров уже к концу XIII в., но в особенности в XIV столетии, а также внутренней колонизации земель Волго-Окского междуречья, поощряемой князьями, боярством и монастырями разными льготами. Новые слободы возникали чаще всего на ранее неосвоенных окраинах княжеств (в Московском княжестве, например в районах Можайска, Вереи, Звенигорода, Боровска, в бассейне р. Протвы, притоков Угры и т.д.) и "окружали" феодальные центры. С XVI в. они известны и в Заволжье, и в далеком Белозерском княжестве и иных районах.

Возобновляли свою жизнь разоренные селения в районах Ростова и Юрьева.

Немалую роль в хозяйственной жизни сыграли монастыри. Их строительство продолжалось и в эпоху ордынского ига, первоначально в княжеских городах-центрах, а со второй половины XIV в. в сельских местностях, особенно во вновь осваиваемых районах (Троице-Сергиев монастырь, монастыри в центрах соляных промыслов - Галиче, Солигаличе, Чухломе). В конце ХШ - начале XVI в. существовало 235 монастырей (Любавский, 1929. С. 17-30), среди которых помимо ТроицеСергиева монастыря были основные центры православия Кирилло-Белозерский, Ферапонтов, костромской Ипатьевский, Саввино-Сторожевский, нижегородский Пе-черский, суздальский Спасо-Евфимиев, а также московские монастыри - Данилов, Спасо-Андрониев, Симонов, Новоспасский и многие другие.

Спасо-Андрониев, Симонов, Новоспасский и многие другие.

Примечательно, что интенсивная колонизация охватывала не только окраинные районы Волго-Окского междуречья, она выходила за его пределы на северо-западе, севере и северо-востоке в Заволжье. Особое внимание привлекают данные о хозяйственной колонизации на юге, за Окой, в пределах рязанского княжества, жестоко опустошенного Батыем. Колонизация выходила за южные пределы Рязанского княжества, которое владело важным водоразделом между бассейном Оки и верховьями Дона. В сферу влияния Рязанского княжества в результате этого движения в XVI в. попадали черниговские волости в самых верховьях Оки, а на востоке - бассейн Цны, примыкавший к мещерским и мордовским землям (Пресняков. С. 226-228).

Об успехах внутренней колонизации Северо-Восточной Руси свидетельствует рост городов, о чем можно судить по замечательному памятнику - "Списку русских городов дальних и ближних", написанному в конце XIV в. и содержащему богатейшие данные о региональном местоположении городов, их количестве и состоянии (Тихомиров, 1979. С. 83-137).

Становится очевидным, что основная часть русских городов, являвшихся центрами окружавших их сельских поселений, в XIVXV вв. располагалась в Волго-Окском междуречье. Именно здесь наблюдалась высокая концентрация населения, что способствовало торгово-промысловому развитию региона. О ситуации в междуречье дает представление и политическое состояние Северо-Восточной Руси. Вызванный нашествием Батыя отток населения оттуда в районы Ярославского Поволжья, Шексны, Москвы и Твери привел к появлению с середины ХШ в.

новых феодальных (княжеских) центров.

Дальнейшее феодальное дробление владимиро-переяславской территории между родственниками князя Ярослава (1246 г.) было для того времени естественным отражением становления феодальных центров, но оно показательно не только с политической точки зрения. Самым характерным в этом дроблении было то, что к 1270-м годам возникшие княжеские центры располагались по периметру центральных княжеств Владимирского, Переяславского, Суздальского, Ростовского, а именно: в Городецком, Костромском, Галицко-Дмитровском, Белозерском, Тверском княжествах (Кучкин. С. 123). Показательно также, что во время апогея золотоордынекого грабежа русских земель во второй половине XIII в. за политическое первенство на Руси начинали борьбу представители разных ветвей рода Всеволода Большое Гнездо, которым принадлежали именно "новые" княжества. Но уже в XIV в. у участников этой политической кровопролитной борьбы, в которой первостепенную роль играли Тверь, Москва и в значительной мере Нижний Новгород, постепенно зреют идеи политического и военного объединения, прежде всего в целях борьбы с иноземным игом и активной экспансией Великого княжества Литовского с середины XIV в.

Княжеские претензии на политическое первенство опирались на материальные возможности княжеств, и прежде всего на людские ресурсы. Более того, концентрация населения в лесных областях повела к решительному изменению всей системы земледелия. Никаких прямых данных о демографических изменениях в эти века не имеется, но свидетельства о городах и земледельческой практике позволяют сделать вполне определенные выводы о положении русских земель и их населения под гнетом ордынского ига. Еще с конца XIII, но в особенности с XIV столетия начались существенные перемены в земледелии. Особенно интенсивно этот процесс в сфере сельскохозяйственного производства шел в XV первой половине XVI в. Совершенствовались приемы и орудия сельского труда, но главное заключалось в неустанной внутренней колонизации. Результатом этого стали освоение под земледелие новых больших массивов лесной целины, строительство нескольких тысяч деревень - селений нового типа и восстановление, а затем а расширение масштабов хозяйства, что в свою очередь укрепило материальный потенциал отдельных русских княжеств (Черепнин, 1960. С. 163-178).

Изменение территориальной основы политической консолидации русских земель зависело не только от успеха внутренней колонизации Северо-Восточной Руси, от развития земледелия и географически-экономических выход положения Москвы, Твери или Н.-Новгорода. В Волго-Окском междуречье сходились выходцы из разных областей, и это лишь усиливало процесс складывания основного ядра русского народа. Процесс же создания его историко-этнической территории продолжался на протяжении конца XIII—XVIII вв., он вовсе не ограничивался Северо-Восточной Русью и прилегающими к ней на севере районами Заволжья. В эти столетия расширение этнической территории пошло за счет включения -далеких северных, а позднее и иных областей, что имело серьезные последствия в политической и этнической истории русского народа.

НАРОДНЫЕ МИГРАЦИИ И ОБРАЗОВАНИЕ

РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА (конец XIV — середина XVI века) Области от Карелии и до Уральских гор получили собирательное название Поморье. Эти области примыкали к Белому морю и Северному Ледовитому океану и составляли бассейны могучих рек - Северной Двины, Онеги, Печоры, которые связывали внутренние районы с морским побережьем.

В Поморье восточнославянские переселенцы встретились с этнически сложным составом населения, принадлежавшего к финно-угорской и самодийской языковым семьям (карелы, вепсы, лопари, или саамы, коми-зыряне, коми-пермяки, ненцы). Это население также не находилось в статистическом состоянии, и в период славянской колонизации продолжало свои передвижения, что тем более усложняло этническую ситуацию.

Первоначально, с XI-XII вв., основной поток славянской колонизации на север направлялся из новгородских земель и преимущественно охватывал территорию современной Карелии и бассейн среднего и нижнего течения Северной Двины. Эти далекие от центральных областей Восточно-Европейской равнины земли, население которых так и не создало своей государственности, включались в орбиту Киевской Руси во времена ее расцвета (XI-ХП вв.).

Другой поток восточнославянской колонизации на север, первоначально уступавший новгородскому, направлялся "снизу", из Ростово-Суздалъской Руси. Эти переселенцы оседали преимущественно на верхней и средней Северной Двине, в Белозерье и бассейне Сухоны. Уже в XI-XII вв. Белозерье, будучи центром земель веси, входило в состав Ростово-Суздальской земли, хотя порой временно управлялось представителями киевских князей.

Как правило, процесс славянской колонизации северных областей происходил без длительных военных конфликтов. При обилии свободных угодий славянские переселенцы-земледельцы непосредственно не сталкивались часто в своих хозяйственных заботах с аборигенами-промысловиками. В политическую орбиту Киевской Руси, а с ее ослаблением и распадом - в орбиту Новгородской боярской республики и князей Северо-Восточной Руси Поморье входило прежде всего благодаря стихийному потоку славянских переселенцев, а также продвижению и укреплению княжеской власти, владений бояр и монастырей. XIV-XVI века стали периодом, на протяжении которого освоение Севера протекало особенно интенсивно, с чем был связан и энергичный рост там светского, в первую очередь новгородского, и монастырского феодального землевладения. В XVI в., используя стихийное колонизационное движение, новгородское боярство начало организацию на Севере своих крупных вотчинных хозяйств пашенного и промыслового направления.

Почти одновременно в XIV в. на гребне бурного освоения русскими переселенцами Севера там началось интенсивнейшее, по сравнению с другими русскими землями, строительство монастырей. В массовом культовом строительстве отразились различные стороны личностного и общественного самосознав1ия русских переселенцев, уже поколениями видевших в окружавшей их суровой северной природе свою судьбу, ту часть родины — Руси, куда не добирались ордынские погромщики, где сохранялись национальные святыни и верования. Монастыри как центры православной культуры, многие из которых вырастали из лесных "пустынь", быстро становились средоточием духовной жизни окрестного населения и крупными феодальными хозяйствами.

Многочисленность монастырей - их численность постепенно выросла до многих десятков - неоспоримый показатель определенной плотности православного населения и освоенности им отдельных районов.

К сожалению, до XVII в. отсутствуют статистические данные, позволяющие видеть конкретную демографическую ситуацию, сложившуюся к XV-XVI вв. на Севере в результате его восточнославянского заселения. Однако сохранившиеся материалы по северным уездам первой четверти XVII в. позволяют судить в хронологическом аспекте о последовательности заселения и освоения северных земель (Колесников. С. 77). К XVI в. бассейны Сухоны, среднего течения Северной Двины и ее левого притока Ваги, а также Заонежье и Белозерский край были наиболее обжитыми; в большинстве этих районов успешно развивалось пашенное земледелие. Северо-западная часть Поморья становилась центром крестьянских железоделательных промыслов и кузнечного ремесла. В северо-восточной части Поморья русское население занималось охотой на пушного зверя и морскими промыслами в приморской полосе; там же прогрессировало солеварение и зарождался кузнечный промысел. Освоение приморских районов положило начало полярному судоходству на Шпицберген и Новую Землю.

На востоке Поморья район Вятки, осваивавшийся еще новгородцами, при всей бедности подзолистых почв с XVI в.

становится тем не менее местной житницей. Только наиболее восточная часть Поморья - Камско-Печерский край (Соликамский, Чердынский уезды) - начала широко осваиваться с XVII в.

Всего же на территории Поморья во второй половине XVII в.

проживало немногим более 1 млн человек (Водарский, 1977. С.

151-152) и по своей населенности оно было важной частью этнической территории народа.

О значимости Поморья можно судить по тому, что в конце XV



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 34 |
Похожие работы:

«УЧЕНЫЕ ЗАПИСКИ КАЗАНСКОГО УНИВЕРСИТЕТА Том 157, кн. 3 Гуманитарные науки 2015 УДК 930 ГЕНДЕРНЫЕ И КОЛОНИАЛЬНЫЕ ПРАКТИКИ РЕЦЕПЦИИ АНТИЧНОСТИ В ИСТОРИОГРАФИИ А.В. Ашаева Аннотация В статье представлены теоретико-методологические подходы к изучению рецепции античного наследия в контексте гендерной идентичности и колониальной/постколониальной культуры. На основе представлений, существующих в современной историографии, можно предположить, что обращения к античному наследию в качестве элемента для...»

«Телевидение УДК 654.197 (571.1/.5) ББК 76.32 Т 31 Телевидение Сибири : монография / А. Е. Ярославцева, В. С. Байдина, Э. В. Блинова, О. А. Ерёменко, Ю. М. Ершов, О. Е. Макеева, Е.В. Халина; Т 31 под ред. А. Е. Ярославцевой. Изд. 2-е, доп. и испр. – Томск : Изд-во НТЛ, 2011. – 208 с. ISBN 978-5-89503-455-2 Монография представляет собой концептуальное осмысление истории, теории и практики сибирского телевещания с момента его возникновения до наших дней. В фокусе внимания – Томская, Новосибирская,...»

«Стратегии России в историческом и мировом пространствах ветствующими тратами. Так общество может приблизиться к обеспечению принципа «равного старта» для всех своих детей. Корпорации развивают педагогическую инфраструктуру по воспитанию будущих членов общества с требуемым для Современности уровнем навыков и умений. Успехи каждой корпорации оцениваются по качеству выпускников. Родители успешных людей получают общественное признание, и, возможно, прибавку к пенсии. Родители людей, избравших путь...»

«Теория и история архитектуры, реставрация Известия КГАСУ, 2015, № 2 (32) и реконструкция историко-архитектурного наследия УДК 72.03 Надырова Х.Г. – доктор архитектуры, доцент E-mail: Nadyrova-kh@yandex.ru Казанский государственный архитектурно-строительный университет Адрес организации: 420043, Россия, г. Казань, ул. Зелёная, д. 1 Особенности развития средневековой градостроительной культуры Волго-Камья Аннотация Статья посвящена выявлению особенностей развития градостроительной культуры...»

«НОВЫЕ КНИГИ ЦЕНТРА БИБЛИОГРАФИИ И КРАЕВЕДЕНИЯ декабрь 2015 г. Антология произведений писателей Бурятии о Великой Отечественной войне, 1941-1945 гг. = Буряадай уран зохёолшодой 1941-1945 онуудай эсэгэ ороноо хамгаалгын агууехэ дайн тухай зохёолнуудай антологи. Улан-Удэ : Нова Принт, 2014. 570, [5] с. : ил. Республика Бурятия: история административно-территориального устройства в документах Государственного архива Республики Бурятия (1921-1992) : сборник документов / Управление по делам архивов...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ АСТРАХАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ А.В. Сызранов ИСЛАМ В НИЖНЕМ ПОВОЛЖЬЕ Монография Издательский дом «Астраханский университет» УДК 297 ББК 86.38 С95 Рекомендовано к печати редакционно-издательским советом Астраханского государственного университета Р е ц е н з е н т ы: доктор исторических наук, руководитель аппарата Уполномоченного по правам человека в Астраханской области Д.К. Батрашев; доктор исторических наук, профессор Астраханского филиала...»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ИНСТИТУТ ЛИНГВИСТИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ Нестор-История Санкт-Петербург УДК 811.161.1’38 ББК 81.2Рус-5 Ф54 Утверждено к печати Институтом лингвистических исследований РАН Рецензенты: д-р филол. наук, зав. отделом С. А. Мызников (Ин-т лингвист. иссл. РА) д-р филол. наук, проф. О. Н. Гринбаум (С.-Петерб. гос. ун-т) Ф54 Филологическое наследие М. В. Ломоносова : коллективная монография / отв. ред. П. Е. Бухаркин, С. С. Волков, Е. М. Матвеев. — СПб. : НесторИстория, 2013. —...»

«Содержание ОБРАЩЕНИЕ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ СОВЕТА ДИРЕКТОРОВ. 3 ОБРАЩЕНИЕ ГЕНЕРАЛЬНОГО ДИРЕКТОРА.. 5 Раздел 1. ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ. ПОЛОЖЕНИЕ В ОТРАСЛИ. 7 1.1. География оперирования 1.2. Краткая история 1.3. Организационная структура 1.4. Конкурентное окружение Раздел 2. КОРПОРАТИВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ..18 2.1. Принципы. Документы 2.2. Информация о членах органов управления и контроля 2.3. Информация о существенных фактах Раздел 3. ОСНОВНЫЕ ПРОИЗВОДСТВЕННЫЕ ПОКАЗАТЕЛИ.37 3.1. Перевозочная деятельность 3.2. Доходы...»

«Екатерина Степанова ОСНОВНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ В ОБЛАСТИ СОВРЕМЕННОГО ТЕРРОРИЗМА Статья первая в серии из двух статей В первой половине 2010-х гг. основными поводами для очередного обострения международного интереса к терроризму и противодействию терроризму были три сюжета: Афганистан, Ирак/Сирия и активность доморощенных исламистскоджихадистских ячеек разного типа и степени локализации (в контексте от Бостонского марафона в США до Сочинской олимпиады в России). Лишь последний из этих трех сюжетов...»

«Issue 2, Winter 2002 http://seelrc.org/glossos/ The Slavic and East European Language Resource Center glossos@seelrc.org George Rubinstein UNC-Chapel Hill О концептуализации отрезков времени в русском языке Отрезки времени (ОВ), выраженные темпоральными существительными, являются гипонимами концепта время. Несмотря на отсутствие их общепринятой классификации1, к этой категории можно отнести:1) единицы времени, являющиеся продуктом культурно-исторического членения времени (секунда, минута,...»

«зъаьмияФр д ш и л м, 1шо ^ к п д о о к о д ч * мц/ьыгми!* ИЗВЕСТИЯ АКАДЕМИИ НАУК АРМЯНСКОЙ ССР 4шишрш1)ш1]ш& ^[иптрзшббЬр № 6, 1951 Общественные науки СООБЩЕНИЯ Алекс Вуду I О создании единого албанского литературного языка* Албанский народ до сих пор еще не имеёг единого национального литературного языка. Этот язык находится пока в стадии становления. Такое позднее возникновение единого албанского литературного языка имеет ряд исторических причин. Тяжкое турецкое кто душило все живое и...»

«Олег Кузнецов «Дорога на Гюлистан.»: ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УХАБАМ ИСТОРИИ Рецензия на книгу О. Р. Айрапетова, М. А. Волхонского, В. М. Муханова «Дорога на Гюлистан. (Из истории российской политики на Кавказе во второй половине XVIII — первой четверти XIX в.)» Москва — 2014 УДК 94(4) ББК 63.3(2)613 К 89 К 89 Кузнецов О. Ю. «Дорога на Гюлистан.»: путешествие по ухабам истории (рецензия на книгу О. Р. Айрапетова, М. А. Волхонского, В. М. Муханова «Дорога на Гюлистан. (Из истории российской политики на...»

«Карачаевский научно-исследовательский институт К.Т. Лайпанов ТЮРКСКИЙ МИР: ИСТОКИ И СВЯЗИ Материалы историко-культурного общества «Аланский Эрмитаж» Вып. XIX Черкесск 2007 6 3.3 (2 § o c. ББК 63т9-(2Я&С. Ответственный редактор: кандидат исторических наук, действительный член РМА Р. Т. Хатуев Рецензенты: заслуженный деятель науки РФ профессор А.И. Козлов, кандидат исторических наук Ш.М. Батчаев В монографии историка и филолога, заслуженного деятеля науки КЧР, профессора, академика К.Т....»

«Евгений Вадимович Петров, доктор исторических наук, профессор кафедры источниковедения истории России Санкт-Петербургский государственный университет, Россия pyotroff@gmail.com Последний исполняющий обязанности генерал-губернатора Великого княжества Финляндского и первый русский лектор Джорджтаунского университета — барон С. А. Корф1 Русское зарубежье, компатриоты, россика и русистика Russian abroad, Compatriots, Rossica and Russian studies В статье анализируются документы, хранящиеся в...»

«Л.А.Таймасов Национальная библиотека Ч Р к язат'энвл Л.А. Таймасов ИСТОРИЯ первого ЧУВАШСКОГО ПРАВОСЛАВНОГО МОНАСТЫРЯ Чебоксары УДК 27 ББК 86.37 Т14 Рецензенты: д-р ист. наук А.Г. Иванов, д-р ист. наук В.П. Иванов Ответственный редактор д-р ист. наук В. В. Андреев Утверждено Научно-методическим советом Чебоксарского кооперативного института Российского университета кооперации Издано при финансовой поддержке РГНФ. Проект №10-01-22704 а/В Таймасов Л.А. Т14 История первого чувашского православного...»





Загрузка...


 
2016 www.os.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Научные публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.